Пруд Нейва

МЕНЮ

ГЛАВНАЯ
Новости
Автобиография

НАШ УРАЛ
Нейво-Шайтанский
Нижняя Синячиха

от: Николай Чехомов. 24 сентября 2017

Коля, отомсти за Белоруссию!

Июнь 1944 года. Через леса и болота Белорусского Полесья пошли в наступление войска четырех фронтов. Начала осуществляться широко задуманная и до мелочей продуманная операции «Багратион». Наземные войска шли, стараясь по возможности обтекать очаги вражеской обороны, чтобы замкнуть в тылу обходной маневр и засадить немцев в очередной «котел». Так получилось и под Витебском, и под Бобруйском. Такой «котел» готовили врагу и под Минском. А чтобы добиться этого, нужно было найти для танков дорогу через леса, болота и многочисленные речки с низкими, топкими берегами. Вот именно такую задачу и поставил перед командиром танковой роты старшим лейтенантом Чехомовым Николаем Антоновичем полковник Шанин, командовавший 26-й гвардейской танковой бригадой.

Офицер связи из штаба бригады, приехавший с приказом, развернул карту:
-Вот через эту речку надо разведать броды. Прямо к ней не пройти - лес, а лес обойти нельзя - болото. Ясно?
-Ясней не бывает. Первый взвод, по машинам! - Три танка, освобожденные от маскировочных сетей выползли из укрытия.

Болото, действительно, оказалось непроходимым. Механик-водитель Семен Ковалев, оглядевшись, сплюнул: «Кролику не пройти, а тут танк...»
-Придется, ребята, через лес. - Чехомов похлопал ладонью по броне танка. Не подведи, браток!»

Т-34 один за другим втянулись в лес. Сосны вздрагивали, упирались, пытаясь противостоять напору танка, а потом обрушились на башню головной машины, переламывались и ложились под гусеницы тех, кто шли следом. Более часа танки, сменяя друг друга, таранили лес, оставляя после себя коридор.

Лес кончился сразу, вдруг, и раскаленные машины остановились перед полем, за которым петляла та самая речка Круча, броды через которую нужно было разведать.

Чехомов и Ковалев выбрались из танка и, прихватив автоматы, нырнули в овражек, полого спускавшийся к реке. На противоположном берегу они увидели деревню и одну улицу, перпендикулярно выходившую к реке.

Одна сторона улицы была выгоревшей дотла, и только колодезный журавль, поскрипывая, кланялся пепелищу. Уцелевшая сторона улицы сначала показалась безлюдной, но, приглядевшись, танкисты увидели, как из-за плетня или через щель приоткрытых ворот выглядывают люди. Потом одна за другой на улице стали появляться женщины. Не отходя от домов, они всматривались в ту сторону, где только что слышали грохот танков.

Ковалев повернулся к командиру: «Вроде нет немцев. Может быть, шумнуть чем?» Чехомов, не отрываясь от бинокля, кивнул. Ковалев приподнялся и, сорвав с головы шлем, взмахнул им.
-Эй, бабоньки! Русские мы, танкисты!
Словно ветром дунуло вдоль полусгоревшей улицы. Женщины одна за другой бежали к реке и останавливались на берегу, сбиваясь в толпу. Чехомов и Ковалев поднялись в полный рост. «Наши!» - вздохнула толпа. «Наши!» - крик взметнулся над тихой рекой. И, как подброшенные собственным криком, женщины кинулись в воду. Еще минута, и они окружили танкистов, тормоша, обнимая, целуя их. Чехомов, освобождаясь от объятий, спросил:
-Немцы есть в деревне?
-Нету! Два дня как утекли.
-А броды есть через реку? -Вот тут и брод, где мы перешли.
-А не топкое дно?
-Так ведь наши трактора завсегда тут переходили.
-А вон за тем лесочком еще брод есть. Чехомов подхватил его на руки: «Покажешь»? Мальчишка кивнул, сияя счастливой улыбкой.

Два танка двинулись вдоль берега, отыскивать брод «За тем лесочком», а командирский, сопровождаемый женщинами, выбрался на деревенскую улицу. Едва танк остановился, как ребятишки тотчас облепили его со всех сторон, мешая танкистам выбраться из перегретого нутра машины. А женщины уже тащили в горшочках, мисках, щербатых тарелках кто сваренную в мундирах картошку, кто сохранившуюся с прошлого года квашеную капусту, кто морковный чай. - Угощайтесь, сыночки! - кушайте на здоровье!

И вкусным казалось это скудное угощение, и не хотелось покидать этих женщин, с такой искренней радостью встретивших их, но вернулись из лесочка танки и остановились, призывно качнув стволами.

-Пора, - Чехомов поднялся на башню танка и повернулся к женщинам. - Немца сюда мы больше не пустим! - Подождите! - звонкий девичий крик заставил всех оглянуться. По улице бежала девушка. - Подождите!
Она протиснулась к танку и протянула Чехомову кусок белой ткани. - Вот, возьмите.
В руках у танкиста оказался носовой платок из немецкого парашютного шелка. Кромки его обметаны красными нитками. Такими же нитками торопливыми стежками было вышито: «Коля, отомсти за Белоруссию».

Николай внимательно посмотрел в лицо девушки и увидел в ее глазах следы пережитого горя,
-Отомстим, родная, обязательно отомстим... А на другой день началось наступление на Минск. Продвижение пехоты, приданной танкистам, было остановлено плотным пулеметным и артиллерийским огнем, который немцы вели с вершины высоты по заранее пристрелянным площадям.

-Поможем, ребята, царице полей!

Чехомов повел свои танки на высоту, обходя ее с правого фланга, где склон был положе. Обнаружив танки, немцы открыли огонь из 52-миллиметровых противотанковых пушек. И вот уже один Т-34 остановился, размотав за собой шлейф перебитой гусеницы.

-Ковалев, не останавливайся! Вперед! Скрежетнуло сцепление, и танк, взревев, пополз вверх, сразу же оказавшись в мертвом пространстве. Все ближе вершина высотки.

-Командир, пушка! - услышал Чехомов в шлемофоне голос водителя.

-Дави! Отомстим за Белоруссию!

Вздыбившись над бруствером, танк обрушился на орудие. Крутанувшись на груде искореженного металла, беспощадный Т-34 раздавил одну за одной еще две пушки, проутюжил пулеметные гнезда.

Чехомов прильнул к триплексу, огляделся, увидел еще одну пушку, покинутую расчетом, увидел немцев, убегающих вниз по склону, ударил им вслед длинной тягучей пулеметной очередью.

3 июля 1944 года передовые части 3-го Белорусского фронта вступили в освобожденный Минск. В числе первых на улицы белорусской столицы ворвался танк гвардии старшего лейтенанта Чехомова Николая Антоновича.

В краеведческом музее поселка Нейво-Шайтанского бережно хранится папка с материалами, рассказывающими о боевом пути нашего земляка; здесь и благодарности от Верховного Главнокомандующего за освобождение Ельни, Смоленска, Орши, Минска, Каунаса, газетные заметки, письма от фронтовых товарищей. Здесь хранится и платочек с торопливо вышитой строчкой: «Коля, отомсти за Белоруссию».
Солдат выполнил этот наказ.
Честь ему и слава!

Р.А.Подковыркин.

самолет
adress